Поздняя осень
Поздняя осень. Загадочный свет. Город слабеющим солнцем согрет. В воздухе слышен, чуть смазан и стёрт Бабьего лета последний аккорд. Дремлют аллеи уставшей Москвы Под золотым одеялом листвы. Люди считают, что врёт циферблат, Стрелки на час переводят назад. Тёплой водой Греют дома. Это - октябрь, Скоро зима. Летние грозы, грибные дожди Где-то уже далеко позади. Шелест прибоя и солнечный пляж В памяти словно далекий мираж. Мне этих дней не вернуть никогда, В страшном галопе промчались года, Льётся по стенке бокала на дно Горьких плодов золотое вино. Грусть и тоска Cводят с ума. Это - октябрь, Cкоро зима. Сделав прощальный над городом круг Клин журавлей потянулся на юг, Чтоб принести в нашу злую страну Через полгода на крыльях весну. Катится с неба расплавленный диск В окнах застыв в виде огненных брызг. Нити багровой тускнеет накал, Выпит до дна бесконечный бокал. А впереди – Холод и тьма. Это - октябрь, Скоро зима.
Поздняя осень. Загадочный свет. Город слабеющим солнцем согрет. В воздухе слышен, чуть смазан и стёрт Бабьего лета последний аккорд. Дремлют аллеи уставшей Москвы Под золотым одеялом листвы. Люди считают, что врёт циферблат, Стрелки на час переводят назад. Тёплой водой Греют дома. Это - октябрь, Скоро зима. Летние грозы, грибные дожди Где-то уже далеко позади. Шелест прибоя и солнечный пляж В памяти словно далекий мираж. Мне этих дней не вернуть никогда, В страшном галопе промчались года, Льётся по стенке бокала на дно Горьких плодов золотое вино. Грусть и тоска Cводят с ума. Это - октябрь, Cкоро зима. Сделав прощальный над городом круг Клин журавлей потянулся на юг, Чтоб принести в нашу злую страну Через полгода на крыльях весну. Катится с неба расплавленный диск В окнах застыв в виде огненных брызг. Нити багровой тускнеет накал, Выпит до дна бесконечный бокал. А впереди – Холод и тьма. Это - октябрь, Скоро зима.