Два друга
ДВА ДРУГА В далёкой северной стране, На хмурой серой льдине, Два друга спят спина к спине, Снег кружится над ними. Покрылись коркой ледяной Их лица голубые, В их позе нега и покой, Но губы неживые. Они плелись по этим льдам Замёрзшие и злые, Делили флягу пополам И сухари ржаные, Но оба выбились из сил, Обоих кашель душит. Один другого попросил: -Ты брось меня здесь лучше! Пусть я подохну здесь один, А ты не жди не ёжься, Бери одежду и иди, Быть может, доберёшься. Тот ничего не говорил, И спорить не пытаясь, Он друга на себя взвалил И потащил, шатаясь. Они то падали, то вновь Из снега выбирались, Пусть в жилах застывала кровь, Они идти пытались. Снег падал плотною стеной, И завывала вьюга, Но ни один, и ни другой Не мог оставить друга. И вот, в пустыне ледяной Лежат в могиле снежной, Один из них мог быть живой И спать в постели нежной. Но, видно, лучше было им В краю далёком сгинуть, Пусть умереть, но лишь двоим, И друга не покинуть bazzlan
ДВА ДРУГА В далёкой северной стране, На хмурой серой льдине, Два друга спят спина к спине, Снег кружится над ними. Покрылись коркой ледяной Их лица голубые, В их позе нега и покой, Но губы неживые. Они плелись по этим льдам Замёрзшие и злые, Делили флягу пополам И сухари ржаные, Но оба выбились из сил, Обоих кашель душит. Один другого попросил: -Ты брось меня здесь лучше! Пусть я подохну здесь один, А ты не жди не ёжься, Бери одежду и иди, Быть может, доберёшься. Тот ничего не говорил, И спорить не пытаясь, Он друга на себя взвалил И потащил, шатаясь. Они то падали, то вновь Из снега выбирались, Пусть в жилах застывала кровь, Они идти пытались. Снег падал плотною стеной, И завывала вьюга, Но ни один, и ни другой Не мог оставить друга. И вот, в пустыне ледяной Лежат в могиле снежной, Один из них мог быть живой И спать в постели нежной. Но, видно, лучше было им В краю далёком сгинуть, Пусть умереть, но лишь двоим, И друга не покинуть bazzlan
