Герман Тен Памяти Леонида Губанова
Герман Тен исполняет песню Андрея Крючкова "Памяти Леонида Губанова" (стихотворение Валентины Невинной). Видео Антона Шиловского. Слёт "РЭКСа" октябрь 2025, Подосинки. Авторское исполнение https://drive.google.com/file/d/1LO5Q2UFyiAXF1gJ1zuK99WkqwSob78Ls/view?usp=sharing Мне всё мерещится в бреду, Что ты, мой свет, горишь в аду, И как ожог вспухает память. Огнем охвачены тюльпаны На холмике в шестом ряду. Поставлю на канун свечу, И чтоб быстрей дошло моленье, И поскорей простился грех, За этот плач, за этот смех, Всей краткой жизни исступленье, Я сколько скажут заплачу. Всё невозвратно, мальчик мой! Мой ясный, все в руке Господней. А где, в которой бане сводни Почище моют, нам с тобой Знать не положено сегодня. Вот мы покуда живы сплошь, Хоть здесь падеж один - падёж, И все склоненья без поблажки, В журнальных патлах - та же вошь! В чернильных пятнах - та же ложь! И в клетку крупную рубашки. До хрипа стёртую пластинку Гоняет мир во весь опор, Стреляет гениев в упор, А мелочь тянет под сурдинку Расхожих ритмов, общий вздор. Тебя уже дают вприкуску К литературе средне-русской Дабы разбавить общий срам. И ты встаешь, как Божий храм, Где лик совсем не чудотворен, Где криво вымощенный дворик, И свет со тьмою пополам. Не ты ли мне диктуешь это? И не твоя ли тень легла На этот лист, на это лето? Все небо в грозах без просвета, И прёт египетская мгла... Но так горят твои стихи, Как судного костра приметы. И хор картавых и глухих Молчит, когда с другого света Твой голос рвётся в небеса! Как траурны твои глаза... Как страшно русским быть поэтом.
Герман Тен исполняет песню Андрея Крючкова "Памяти Леонида Губанова" (стихотворение Валентины Невинной). Видео Антона Шиловского. Слёт "РЭКСа" октябрь 2025, Подосинки. Авторское исполнение https://drive.google.com/file/d/1LO5Q2UFyiAXF1gJ1zuK99WkqwSob78Ls/view?usp=sharing Мне всё мерещится в бреду, Что ты, мой свет, горишь в аду, И как ожог вспухает память. Огнем охвачены тюльпаны На холмике в шестом ряду. Поставлю на канун свечу, И чтоб быстрей дошло моленье, И поскорей простился грех, За этот плач, за этот смех, Всей краткой жизни исступленье, Я сколько скажут заплачу. Всё невозвратно, мальчик мой! Мой ясный, все в руке Господней. А где, в которой бане сводни Почище моют, нам с тобой Знать не положено сегодня. Вот мы покуда живы сплошь, Хоть здесь падеж один - падёж, И все склоненья без поблажки, В журнальных патлах - та же вошь! В чернильных пятнах - та же ложь! И в клетку крупную рубашки. До хрипа стёртую пластинку Гоняет мир во весь опор, Стреляет гениев в упор, А мелочь тянет под сурдинку Расхожих ритмов, общий вздор. Тебя уже дают вприкуску К литературе средне-русской Дабы разбавить общий срам. И ты встаешь, как Божий храм, Где лик совсем не чудотворен, Где криво вымощенный дворик, И свет со тьмою пополам. Не ты ли мне диктуешь это? И не твоя ли тень легла На этот лист, на это лето? Все небо в грозах без просвета, И прёт египетская мгла... Но так горят твои стихи, Как судного костра приметы. И хор картавых и глухих Молчит, когда с другого света Твой голос рвётся в небеса! Как траурны твои глаза... Как страшно русским быть поэтом.