video_ИДИОТ-41
ИДИОТ-41 Владимир Елин Фердыщенко озлобился на реплики, Он ожидал успеха, но иного. Ведь хвастовство - дурной тон этики, Ещё и глупость для любого. -А может кончить с этим вовсе?! Афанасий Иванович молвил лукаво. Птицын: -Теперь же очередь моя, Свернуть я предлагаю всю забаву. -Вы не хотите? -Не могу, Настасья! -Хотя за вами очередь у генерала. Откажитесь - расстроится и вся игра А я свой случай тоже б рассказала! Тут генерал воскликнул с жаром: -Коль обещаете - я жизнь перескажу. Здесь ожидая очередь, не даром, Припомнил я и кое что для куражу! -Мне господа, как всякому случалось, Вершить проступки гнусные, поверьте. Я расскажу историю, что приключилась, Сквернейшая из прожитых моих на свете! Прошло лет тридцать пять иль боле, Я прапорщиком расквартирован. Нас поселили в неказистом доме, Вдовы-старухи, тем заинтригован. Случилось так, что та вдова-старуха, Однажды у меня украла петуха. Повздорив с ней и я сцепились глухо, На новую квартиру переехал от греха. А через пару дней денщик Никифор Мне заявляет: -миска ваша там! Её старуха себе взяла в трофеи, Вы ей горшок разбили пополам. Вот эта низость вдруг меня взбесила, Вскипела кровь, и я к старухе полетел. Вбегаю в сени, там она в углу сидела Рукою щёку подпёрши, как бы не у дел. Я гром и молнии метал перед старухой, И костерил её на чем стоит весь свет! Она же странно в уголке своём притихла, Глазища выпучив и мне молчит в ответ. Я приутих, там стоя в нерешимости, Садилось солнце в объятиях тишины. Немного постояв там и в недоумении, Я удалился прочь без осознания вины. А через час денщик мне сообщает, Старуха померла в тот самый час! Выходит я ругал старуху и безбожно, Она же отходила к Богу - вот те раз! Я вам скажу: - Меня тот случай поразил, Мне по ночам старуха стала сниться! На другой день на похороны к ней сходил, Чтобы с несчастной хоть проститься. В своих душевных муках я так рассудил: -Та женщина одна жила себе, жила, Был муж и дети её, в радости свет мил! Пробил же скорбный час, она ушла. Младой я прапорщик, горячий и отчаянный Напутствовал её уход отборной бранью! Сыр-бор за миску в тот момент нечаянный, Виновен без сомнения и каюсь с данью! Грех снять - я содержал старушек в богадельне, Смягчив их дни перед уходом к Богу! Ну вот и всё-с, что мне припомнилось намедни Сквернее случая не подобрать к итогу...
ИДИОТ-41 Владимир Елин Фердыщенко озлобился на реплики, Он ожидал успеха, но иного. Ведь хвастовство - дурной тон этики, Ещё и глупость для любого. -А может кончить с этим вовсе?! Афанасий Иванович молвил лукаво. Птицын: -Теперь же очередь моя, Свернуть я предлагаю всю забаву. -Вы не хотите? -Не могу, Настасья! -Хотя за вами очередь у генерала. Откажитесь - расстроится и вся игра А я свой случай тоже б рассказала! Тут генерал воскликнул с жаром: -Коль обещаете - я жизнь перескажу. Здесь ожидая очередь, не даром, Припомнил я и кое что для куражу! -Мне господа, как всякому случалось, Вершить проступки гнусные, поверьте. Я расскажу историю, что приключилась, Сквернейшая из прожитых моих на свете! Прошло лет тридцать пять иль боле, Я прапорщиком расквартирован. Нас поселили в неказистом доме, Вдовы-старухи, тем заинтригован. Случилось так, что та вдова-старуха, Однажды у меня украла петуха. Повздорив с ней и я сцепились глухо, На новую квартиру переехал от греха. А через пару дней денщик Никифор Мне заявляет: -миска ваша там! Её старуха себе взяла в трофеи, Вы ей горшок разбили пополам. Вот эта низость вдруг меня взбесила, Вскипела кровь, и я к старухе полетел. Вбегаю в сени, там она в углу сидела Рукою щёку подпёрши, как бы не у дел. Я гром и молнии метал перед старухой, И костерил её на чем стоит весь свет! Она же странно в уголке своём притихла, Глазища выпучив и мне молчит в ответ. Я приутих, там стоя в нерешимости, Садилось солнце в объятиях тишины. Немного постояв там и в недоумении, Я удалился прочь без осознания вины. А через час денщик мне сообщает, Старуха померла в тот самый час! Выходит я ругал старуху и безбожно, Она же отходила к Богу - вот те раз! Я вам скажу: - Меня тот случай поразил, Мне по ночам старуха стала сниться! На другой день на похороны к ней сходил, Чтобы с несчастной хоть проститься. В своих душевных муках я так рассудил: -Та женщина одна жила себе, жила, Был муж и дети её, в радости свет мил! Пробил же скорбный час, она ушла. Младой я прапорщик, горячий и отчаянный Напутствовал её уход отборной бранью! Сыр-бор за миску в тот момент нечаянный, Виновен без сомнения и каюсь с данью! Грех снять - я содержал старушек в богадельне, Смягчив их дни перед уходом к Богу! Ну вот и всё-с, что мне припомнилось намедни Сквернее случая не подобрать к итогу...