В конце концов я смелый тип
СТИХ ЕВГЕНИЯ БАРАТЫНСКОГО Вот верный список впечатлений И лёгкий и глубокий след Страстей, порывов юных лет, Жизнь родила его – не гений. Подобен он скрыжали той, Где пишет ангел неподкупный Прекрасный подвиг и преступный – Всё, что творим мы под луной. Я много строк моих, о Лета! В тебе желал бы окунуть И утаить их как-нибудь И от себя, и ото света... Но уж своё они рекли, А что прошло, то непреложно. Года волненья протекли, И мне перо оставить можно. Теперь я знаю бытиё. Одно желание моё – Покой, домашние отрады. И, погружён в самом себе, Смеюсь я людям и судьбе, Уж не от них я жду награды. Но что? с бессонною душой, С душою чуткою поэта Ужели вовсе чужд я света? Проснуться может пламень мой, Ещё, быть может, я возвышу Мой голос, родина моя! Ни бед твоих я не услышу, Ни славы, струны утая. *** МОЯ ПАРОДИЯ Простой пацан. Во лбу нет пядей Ни двух, тем паче – ни семи. Да и одной там нет. Лишь пряди На голове. Мозги – взаймы. Скрижалям или же анналам Подобным парень хочет стать. Не веря в скорбные финалы, Стремится подвиги свершать. Сей парень – я иль мой двойник, Кто тоже вирши сочиняет, Кто поначалу их скрывает: Стол у поэта – как тайник! О годы, годы! Вы как Лета! Река забвения в Аиде. Перо своё для стенгазеты Припрячу. Я на всех в обиде. Растительной я жизни рад. Вперёд в архаику! Назад! Диванчик, праздность и безделье – В роскошной, а не скромной келье. По нраву мне такой расклад: Вино из бочек и похмелье. Но вдруг войду я снова в раж И мне захочется разгула? Мой будет буйным эпатаж. В свет устремлюсь я, как акула. В конце концов вопить умею. Ещё мой голос не осип. Я заору, не заробею. В конце концов я смелый тип.
СТИХ ЕВГЕНИЯ БАРАТЫНСКОГО Вот верный список впечатлений И лёгкий и глубокий след Страстей, порывов юных лет, Жизнь родила его – не гений. Подобен он скрыжали той, Где пишет ангел неподкупный Прекрасный подвиг и преступный – Всё, что творим мы под луной. Я много строк моих, о Лета! В тебе желал бы окунуть И утаить их как-нибудь И от себя, и ото света... Но уж своё они рекли, А что прошло, то непреложно. Года волненья протекли, И мне перо оставить можно. Теперь я знаю бытиё. Одно желание моё – Покой, домашние отрады. И, погружён в самом себе, Смеюсь я людям и судьбе, Уж не от них я жду награды. Но что? с бессонною душой, С душою чуткою поэта Ужели вовсе чужд я света? Проснуться может пламень мой, Ещё, быть может, я возвышу Мой голос, родина моя! Ни бед твоих я не услышу, Ни славы, струны утая. *** МОЯ ПАРОДИЯ Простой пацан. Во лбу нет пядей Ни двух, тем паче – ни семи. Да и одной там нет. Лишь пряди На голове. Мозги – взаймы. Скрижалям или же анналам Подобным парень хочет стать. Не веря в скорбные финалы, Стремится подвиги свершать. Сей парень – я иль мой двойник, Кто тоже вирши сочиняет, Кто поначалу их скрывает: Стол у поэта – как тайник! О годы, годы! Вы как Лета! Река забвения в Аиде. Перо своё для стенгазеты Припрячу. Я на всех в обиде. Растительной я жизни рад. Вперёд в архаику! Назад! Диванчик, праздность и безделье – В роскошной, а не скромной келье. По нраву мне такой расклад: Вино из бочек и похмелье. Но вдруг войду я снова в раж И мне захочется разгула? Мой будет буйным эпатаж. В свет устремлюсь я, как акула. В конце концов вопить умею. Ещё мой голос не осип. Я заору, не заробею. В конце концов я смелый тип.