Валентин Бобрецов_Волк в волчьей шкуре
Валентин Бобрецов Волк в волчьей шкуре И переодетым хочу я сам сидеть среди вас… Ницше. Так говорил Заратустра Увидя волка в драной волчьей шубе и волчьей маске из папье-маше, – Mon cher! – ему сказал я, – с удивленьем гляжу на Вас. Верней, на Ваш костюм. Что Вас подвигло вырядиться так? Ведь овцы Вас и за версту признают. Но воздавая искренности Вашей, бараниной едва ли угостят. Добро бы Вы натуру преломили и к вегетарианцам подались. А так… я, право, недоумеваю, к чему весь этот псевдомаскарад?.. – Ах, юный друг! – ответствовал бирюк (а был меня моложе лет на десять), — Я тоже неприятно удивлён. Такая лень и неуменье думать в вопросе Вашем… Впрочем, сделав скидку на юность и неопытность, скажу. Любой баран (и Вы тому пример!) прекрасно знает про обыкновенье волков ходить на дело, обрядясь в мутоновые шубы и дублёнки. А потому любой баран, завидя в родной отаре чуждое руно, немедленно тревогу поднимает. Он помнит про данайского коня и потому с опаскою взирает на каждую паршивую овцу, её переодетым волком числя. И тем скорее движется к концу!.. Я выхожу из лесу не таясь. Небрежным жестом маску поправляю. Одёргиваю шубу. Но ступив шага четыре – встану и стою, как вкопанный, на облако уставясь. Зачем, Вы говорите? А затем, чтобы баран от первого испуга оправясь, мог спокойно осмотреть и грубую картонную личину, и молью израсходованный мех. И убедившись в том, что перед ним не натуральный волк, но в маскарадном костюме волка Некто (а кому как не овце рядиться в шкуру волчью?) — заблеяв, по горам и по долам он сам ко мне направится, баран!
Валентин Бобрецов Волк в волчьей шкуре И переодетым хочу я сам сидеть среди вас… Ницше. Так говорил Заратустра Увидя волка в драной волчьей шубе и волчьей маске из папье-маше, – Mon cher! – ему сказал я, – с удивленьем гляжу на Вас. Верней, на Ваш костюм. Что Вас подвигло вырядиться так? Ведь овцы Вас и за версту признают. Но воздавая искренности Вашей, бараниной едва ли угостят. Добро бы Вы натуру преломили и к вегетарианцам подались. А так… я, право, недоумеваю, к чему весь этот псевдомаскарад?.. – Ах, юный друг! – ответствовал бирюк (а был меня моложе лет на десять), — Я тоже неприятно удивлён. Такая лень и неуменье думать в вопросе Вашем… Впрочем, сделав скидку на юность и неопытность, скажу. Любой баран (и Вы тому пример!) прекрасно знает про обыкновенье волков ходить на дело, обрядясь в мутоновые шубы и дублёнки. А потому любой баран, завидя в родной отаре чуждое руно, немедленно тревогу поднимает. Он помнит про данайского коня и потому с опаскою взирает на каждую паршивую овцу, её переодетым волком числя. И тем скорее движется к концу!.. Я выхожу из лесу не таясь. Небрежным жестом маску поправляю. Одёргиваю шубу. Но ступив шага четыре – встану и стою, как вкопанный, на облако уставясь. Зачем, Вы говорите? А затем, чтобы баран от первого испуга оправясь, мог спокойно осмотреть и грубую картонную личину, и молью израсходованный мех. И убедившись в том, что перед ним не натуральный волк, но в маскарадном костюме волка Некто (а кому как не овце рядиться в шкуру волчью?) — заблеяв, по горам и по долам он сам ко мне направится, баран!