Но не могу молчать, и речь моя течёт
СТИХ САНДЖАРА ЯНЫШЕВА Такие есть Слова, чьё внутреннее чудо обходится без слов, лепящихся извне, которым, дальних тел кровиночку почуя, бы смыслом подарить, присяжным новизне: Маслинные глаза, расплеснутое утро… А сами-то глаза?.. а утро самое?.. Но проникает свет в распахнутую юрту и остаётся в ней – как откровение. Нет, я мягчу Слова – и тенью налитые, и зноем; что темны, как плод – а налегке! Уколешься таким, лимона или дыни потянешь черенок и – пёрышко в руке. В них видишь свой итог – и в них зерно лечебы находишь всякий раз, когда, как воск, течёт окрестная листва… Слова такие – пчёлы. И кожа. И земля. И дерево. И мёд. *** МОЯ ПАРОДИЯ Послушаешь иных – изыскана словесность: ласкает ухо мат и слово-паразит. Любезностью ответишь честно на любезность – твой глаз и нос кулак мгновенно поразит. Под глазом синячок, кровиночка из носа. Маслинные глаза, расплюснутый рассвет. В совхозе я сейчас? Иль на полях колхоза? Или степной народ из юрты шлёт привет? С тех пор мягчу Слова, держусь теперь канона, а чудо для меня – как можно меньше слов, где нет ни пчёл, ни игл, ни кислого лимона. В молчании таится золото веков. Зажму перо в руке. К чему теперь слова? (И кожа. И земля. И дерево. И мёд). Все с детства знают их, на ноги встав едва. ...Но не могу молчать, и речь моя течёт.
СТИХ САНДЖАРА ЯНЫШЕВА Такие есть Слова, чьё внутреннее чудо обходится без слов, лепящихся извне, которым, дальних тел кровиночку почуя, бы смыслом подарить, присяжным новизне: Маслинные глаза, расплеснутое утро… А сами-то глаза?.. а утро самое?.. Но проникает свет в распахнутую юрту и остаётся в ней – как откровение. Нет, я мягчу Слова – и тенью налитые, и зноем; что темны, как плод – а налегке! Уколешься таким, лимона или дыни потянешь черенок и – пёрышко в руке. В них видишь свой итог – и в них зерно лечебы находишь всякий раз, когда, как воск, течёт окрестная листва… Слова такие – пчёлы. И кожа. И земля. И дерево. И мёд. *** МОЯ ПАРОДИЯ Послушаешь иных – изыскана словесность: ласкает ухо мат и слово-паразит. Любезностью ответишь честно на любезность – твой глаз и нос кулак мгновенно поразит. Под глазом синячок, кровиночка из носа. Маслинные глаза, расплюснутый рассвет. В совхозе я сейчас? Иль на полях колхоза? Или степной народ из юрты шлёт привет? С тех пор мягчу Слова, держусь теперь канона, а чудо для меня – как можно меньше слов, где нет ни пчёл, ни игл, ни кислого лимона. В молчании таится золото веков. Зажму перо в руке. К чему теперь слова? (И кожа. И земля. И дерево. И мёд). Все с детства знают их, на ноги встав едва. ...Но не могу молчать, и речь моя течёт.