В ТЮРЬМЕ БЫЛО ЛЕГЧЕ
Там нет того, чтоб в лютую стужу только окопная свечка едва согревала. Нет страшной потребности опознавать своих ребят по кускам разбросанного мяса. Ты не видишь растерянного ужаса в глазах тех, в кого стреляешь. Не воспринимаешь как удачу то, что тебе всего лишь ногу оторвало. И – главное! – нет тяжкой ответственности выбирать тех, кто пойдёт на боевое задание. Знаешь, что вернуться не все, но надо выбрать. До сих пор душа не на месте…
Там нет того, чтоб в лютую стужу только окопная свечка едва согревала. Нет страшной потребности опознавать своих ребят по кускам разбросанного мяса. Ты не видишь растерянного ужаса в глазах тех, в кого стреляешь. Не воспринимаешь как удачу то, что тебе всего лишь ногу оторвало. И – главное! – нет тяжкой ответственности выбирать тех, кто пойдёт на боевое задание. Знаешь, что вернуться не все, но надо выбрать. До сих пор душа не на месте…
