05 февраля.
Ежедневные размышления. 5 февраля. «Долгожданное освобождение». Как только я перестал спорить, я начал видеть и чувствовать. И тут же второй шаг мягко, понемногу начал проникать в мою жизнь. Я не могу сказать точно, когда и при каких обстоятельствах начал верить в силу более могущественную, чем я, но теперь твёрдо верю в неё. Чтобы этого достичь, Мне пришлось просто отказаться от борьбы и с максимальным рвением следовать всем остальным пунктам программы АА. Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций, с. 33 Twelve Steps and Twelve Traditions, p. 27 После многих лет разгула своеволия второй шаг наконец освободил меня от полного одиночества. Теперь на моём пути нет непереносимой боли и непреодолимых препятствий. Рядом всегда есть некто, с кем я могу разделить свою ношу. Благодаря второму шагу я нашёл опору в Боге и теперь понимаю, что моё безумие и моё эго были странным образом взаимосвязаны. Чтобы избавиться от безумия, я должен препоручить своё эго тому, кто гораздо сильнее меня.
Ежедневные размышления. 5 февраля. «Долгожданное освобождение». Как только я перестал спорить, я начал видеть и чувствовать. И тут же второй шаг мягко, понемногу начал проникать в мою жизнь. Я не могу сказать точно, когда и при каких обстоятельствах начал верить в силу более могущественную, чем я, но теперь твёрдо верю в неё. Чтобы этого достичь, Мне пришлось просто отказаться от борьбы и с максимальным рвением следовать всем остальным пунктам программы АА. Двенадцать Шагов и Двенадцать Традиций, с. 33 Twelve Steps and Twelve Traditions, p. 27 После многих лет разгула своеволия второй шаг наконец освободил меня от полного одиночества. Теперь на моём пути нет непереносимой боли и непреодолимых препятствий. Рядом всегда есть некто, с кем я могу разделить свою ношу. Благодаря второму шагу я нашёл опору в Боге и теперь понимаю, что моё безумие и моё эго были странным образом взаимосвязаны. Чтобы избавиться от безумия, я должен препоручить своё эго тому, кто гораздо сильнее меня.