Что там других слове́й насчёт?
Пародия на строки из стихов Алексея Александрова «Остановись, пришлец угрюмый, Не прячь печального лица. А вдруг у всех под маской клювы И под перчаткой щупальца?» *** Я не заканчивал филфаки, Как, впрочем, их и не кончал. Но, в Божьи проникая знаки, Мой разум крепнул и крепчал. Я новых свежих ударений В язык наш русский приволок. И сразу парочку творений Состряпать за минуту смог. Словам забытым устаревшим Я не позволю умереть. Мой разум, в небеса взлетевший, Ещё их сможет повертеть. Отныне не пришелец мрачный – Пришлéц угрюмый ворог мой. И не угрюмый – то не смачно. А у́грюмый ворóг лихой. И не лихой он вовсе – ли́хой, Ведь под перчаткой щупальцá. Клювы́ – краса моéго стиха. Язык пока мой слегонца Занялся молотьбой язы́ка. Прозренье маску оплетёт: Маскá – словцо теперь вели́ко. …Что там других слове́й насчёт?
Пародия на строки из стихов Алексея Александрова «Остановись, пришлец угрюмый, Не прячь печального лица. А вдруг у всех под маской клювы И под перчаткой щупальца?» *** Я не заканчивал филфаки, Как, впрочем, их и не кончал. Но, в Божьи проникая знаки, Мой разум крепнул и крепчал. Я новых свежих ударений В язык наш русский приволок. И сразу парочку творений Состряпать за минуту смог. Словам забытым устаревшим Я не позволю умереть. Мой разум, в небеса взлетевший, Ещё их сможет повертеть. Отныне не пришелец мрачный – Пришлéц угрюмый ворог мой. И не угрюмый – то не смачно. А у́грюмый ворóг лихой. И не лихой он вовсе – ли́хой, Ведь под перчаткой щупальцá. Клювы́ – краса моéго стиха. Язык пока мой слегонца Занялся молотьбой язы́ка. Прозренье маску оплетёт: Маскá – словцо теперь вели́ко. …Что там других слове́й насчёт?