Казаки жён везли с дальних мест
Казаки из похода идут, пыль столбом до небес, Конь усталый хрипит, впереди тёмный лес. За седлом казака — не шелка, не парча, А девчонка чужая, тонка как свеча. Он её не за злато, не ради похвал, Он её из неверной семьи силой взял. Ой, да девку угоном себе он забрал, Для любви, не для лишних речей. В чистом поле их обвенчал Блеск булатных казачьих мечей. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Пусть глаза у неё — словно южная ночь, Она гордого князя любимая дочь. Станет нашей она, примет крест и уклад, Будет сын от неё вольный казак. Так ковалась порода в походах лихих, Из кровей разномастных, из судеб чужих. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Не по капле в крови мы мерим родство, А по духу, что в нас — это наше естество. На основе на русской, в донских берегах, Закалялось казачество в жарких боях. Это кодекс и честь, это жизни закон, Что хранит наш седой и прославленный Дон. Кто присягу принёс — тот и есть наш родной, Кто за землю стоял нерушимой стеной. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Привыкала она к бесконечным степям, К горьким травам да седым ковылям. Забывала язык, что звучал вдалеке, Стала петь на казачьем родном языке. И в глазах её вспыхнул тот вольный огонь, Что в казачках донских живет до сих пор. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Подрастали сыны — орлиный размах, С русской статью в плечах и с отвагой в глазах. И не важно теперь, чья там кровь пополам, Если жизнь он готов положить за семью и за храм. Так рождался народ, что не знает оков, Из молитв матерей и отцовских клинков. Это больше чем род, это духа печать, Нас нельзя разделить, нам нельзя замолчать! Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Стала пленница верной женою, Приняла и уклад, и наш крест. Окружённая степью донской, Краше не было в мире невест... Песня: https://t.me/Amelsoul/603 https://max.ru/join/Adj9tH1smFOh286NeVXn4foQM37YBfzPu9pQrAzgLHE
Казаки из похода идут, пыль столбом до небес, Конь усталый хрипит, впереди тёмный лес. За седлом казака — не шелка, не парча, А девчонка чужая, тонка как свеча. Он её не за злато, не ради похвал, Он её из неверной семьи силой взял. Ой, да девку угоном себе он забрал, Для любви, не для лишних речей. В чистом поле их обвенчал Блеск булатных казачьих мечей. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Пусть глаза у неё — словно южная ночь, Она гордого князя любимая дочь. Станет нашей она, примет крест и уклад, Будет сын от неё вольный казак. Так ковалась порода в походах лихих, Из кровей разномастных, из судеб чужих. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Не по капле в крови мы мерим родство, А по духу, что в нас — это наше естество. На основе на русской, в донских берегах, Закалялось казачество в жарких боях. Это кодекс и честь, это жизни закон, Что хранит наш седой и прославленный Дон. Кто присягу принёс — тот и есть наш родной, Кто за землю стоял нерушимой стеной. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Привыкала она к бесконечным степям, К горьким травам да седым ковылям. Забывала язык, что звучал вдалеке, Стала петь на казачьем родном языке. И в глазах её вспыхнул тот вольный огонь, Что в казачках донских живет до сих пор. Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Подрастали сыны — орлиный размах, С русской статью в плечах и с отвагой в глазах. И не важно теперь, чья там кровь пополам, Если жизнь он готов положить за семью и за храм. Так рождался народ, что не знает оков, Из молитв матерей и отцовских клинков. Это больше чем род, это духа печать, Нас нельзя разделить, нам нельзя замолчать! Казаки жён везли с дальних мест, для любви, не для грехов, Так в степях зарождалась казачья, горячая кровь. Но не в чувствах секрет, а в укладе, в суровой судьбе, В нашей вере святой и в извечной казачьей борьбе. Стала пленница верной женою, Приняла и уклад, и наш крест. Окружённая степью донской, Краше не было в мире невест... Песня: https://t.me/Amelsoul/603 https://max.ru/join/Adj9tH1smFOh286NeVXn4foQM37YBfzPu9pQrAzgLHE