ПЕНСИЛ-КЛУБ: Борис Чечельницкий - Спокойно Маша, я – Щелкунчик
ПЕНСИЛ-КЛУБ: Спокойно Маша, я – Щелкунчик "Я на правую руку надела Перчатку с левой руки." А. Ахматова Хоть сколько конфет нанесли бы, И кукол, и всяких солдат, Ценнее уродец из липы, Из дуба зубной имплантат. Мундир, не запятнанный сплетней, Могла бы украсить медаль, Но Фриц – солдафон малолетний Засунул мне в челюсть миндаль. Витой эполет на плече есть. Им можно девчонок привлечь, Но выбиты зубы, а челюсть Повисла на уровне плеч. Не сдержит воинственный нрав мой Дыра по-над нижней губой. Иду с незалеченной травмой В последний, решительный бой С несметной мышиной оравой, В шеренги отвагу вселив. Жаль полк мой, овеянный славой, На деле, как заяц труслив. Погибну средь вражьего гула, Но Маша нашла рычаги И правой рукой запульнула В них туфельку с левой ноги. Разруха, как после майдана, Масштабней, чем ставит Бродвей, Но вставлен протез из титана Кулибиным прусских кровей. Кольчугу мне справил и каску. Я, как аллигатор зубаст. Не Андерсен, но и на сказку Мой дядя плешивый горазд. Гипербол полна и гротеска, Сарделек и прочих купат. В ней жили король и принцесска По имени Пирлипат. В ней сала мышам не зажильте. Позвольте им вдоволь поесть, Иначе зловещей Мышильде Втемяшится в голову месть. Для счастья дите, для любви ли Росло, для балов без числа… Мышей мышеловки убили. Мышильда заклятье прочла. В слезах целый таз полотенец, Да слезы не лечат недуг, А страшный, зубастый младенец Арахис грызет и фундук. Хоть в замке ее на горе – шик Покруче vip саун и лож, Спасет только крепкий орешек В китайских каракулях сплошь. Сейчас бы сказали: «Да чё там, Пятнадцать лет жалких потуг?» Мой дядя с дружком звездочетом Нашли наконец Кракатук, Что тверже засушенных вобл. За ним по горам, по лесам, А он у отца моего был. Ваш ларчик таинственный сам Открылся простой, словно рэпчик Про то, как варить колбасу. Вставляйте мне зубы покрепче. Красавицу вашу спасу. И спас, и стройна, как тростинка, И в ней я не чаял души б, Но вдруг каблуком от ботинка Случайно Мышильду зашиб. Стремительно жизни шел кончик. Протяжна лишь злость на уме. – «Отныне, ты жалкий щелкунчик» – Пищала она перед сме… Последние стоны и всхлипы И труп распростерся хвостат, А я в эполетах из липы. Из дуба зубной имплантат… Сотрите соленую каплю. Лютует мышиная рать. Мария, добудьте мне саблю. Туфлей не сподручно карать. Эпилог. Ну вот, дорогая, поверь же: Нет больше мышей вообще. Мутант семиглавый повержен. Я – генералиссимус Ще. Вот лесенка в двести ступенек: Реалии таковы. Ведет в королевство печенек, Конфеток, и прочей халвы. Пироженки лет хоть до ста ешь. Не жаль мне сластей для жены. В семь лет королевою станешь Кондитерской, сладкой страны. Бери государство и правь им. До нас не допрыгнет ИГИЛ, А вырастешь, войско направим В страну коньяков и текил.
ПЕНСИЛ-КЛУБ: Спокойно Маша, я – Щелкунчик "Я на правую руку надела Перчатку с левой руки." А. Ахматова Хоть сколько конфет нанесли бы, И кукол, и всяких солдат, Ценнее уродец из липы, Из дуба зубной имплантат. Мундир, не запятнанный сплетней, Могла бы украсить медаль, Но Фриц – солдафон малолетний Засунул мне в челюсть миндаль. Витой эполет на плече есть. Им можно девчонок привлечь, Но выбиты зубы, а челюсть Повисла на уровне плеч. Не сдержит воинственный нрав мой Дыра по-над нижней губой. Иду с незалеченной травмой В последний, решительный бой С несметной мышиной оравой, В шеренги отвагу вселив. Жаль полк мой, овеянный славой, На деле, как заяц труслив. Погибну средь вражьего гула, Но Маша нашла рычаги И правой рукой запульнула В них туфельку с левой ноги. Разруха, как после майдана, Масштабней, чем ставит Бродвей, Но вставлен протез из титана Кулибиным прусских кровей. Кольчугу мне справил и каску. Я, как аллигатор зубаст. Не Андерсен, но и на сказку Мой дядя плешивый горазд. Гипербол полна и гротеска, Сарделек и прочих купат. В ней жили король и принцесска По имени Пирлипат. В ней сала мышам не зажильте. Позвольте им вдоволь поесть, Иначе зловещей Мышильде Втемяшится в голову месть. Для счастья дите, для любви ли Росло, для балов без числа… Мышей мышеловки убили. Мышильда заклятье прочла. В слезах целый таз полотенец, Да слезы не лечат недуг, А страшный, зубастый младенец Арахис грызет и фундук. Хоть в замке ее на горе – шик Покруче vip саун и лож, Спасет только крепкий орешек В китайских каракулях сплошь. Сейчас бы сказали: «Да чё там, Пятнадцать лет жалких потуг?» Мой дядя с дружком звездочетом Нашли наконец Кракатук, Что тверже засушенных вобл. За ним по горам, по лесам, А он у отца моего был. Ваш ларчик таинственный сам Открылся простой, словно рэпчик Про то, как варить колбасу. Вставляйте мне зубы покрепче. Красавицу вашу спасу. И спас, и стройна, как тростинка, И в ней я не чаял души б, Но вдруг каблуком от ботинка Случайно Мышильду зашиб. Стремительно жизни шел кончик. Протяжна лишь злость на уме. – «Отныне, ты жалкий щелкунчик» – Пищала она перед сме… Последние стоны и всхлипы И труп распростерся хвостат, А я в эполетах из липы. Из дуба зубной имплантат… Сотрите соленую каплю. Лютует мышиная рать. Мария, добудьте мне саблю. Туфлей не сподручно карать. Эпилог. Ну вот, дорогая, поверь же: Нет больше мышей вообще. Мутант семиглавый повержен. Я – генералиссимус Ще. Вот лесенка в двести ступенек: Реалии таковы. Ведет в королевство печенек, Конфеток, и прочей халвы. Пироженки лет хоть до ста ешь. Не жаль мне сластей для жены. В семь лет королевою станешь Кондитерской, сладкой страны. Бери государство и правь им. До нас не допрыгнет ИГИЛ, А вырастешь, войско направим В страну коньяков и текил.