Вечер длится дивный, чудный - стихи Виктора Левашова, Ярославль.
Вечер длится дивный, чудный – благодать и тишина. Луг в тумане изумрудный поднимается со дна. Издали течёт неспешно полноводная река через поля сон кромешный, через годы и века. Солнце вдалеке заходит, как и в прошлых сотнях лет, в удивительной погоде алый разливая свет. Напишу-ка я поэму, буду рифмами играть. На любую, скажем, тему – в телефон или в тетрадь. Напишу я, вспоминая светлой юности года. Те года, подобно раю, не вернуть мне никогда. Мне не страшен даже мнений оскорбительных поток. Вам признаюсь: я не гений, как Есенин или Блок. Просто я рифмую мысли и вплетаю их в стихи. Мои мысли реют в выси и к тому же – неплохи. Неплохие мои думы, размышления мои, что вы бродите угрюмы и не пьёте вин Аи. Блок поэт такие вина просто так не пропускал, ел на закусь осетрину, лил Аи в большой бокал. Блок ходил по ресторанам, незнакомок там встречал, заливал любовей раны и по истине скучал. И Есенин пил и плакал, и рыдал на весь Союз про несбывшиеся планы, про любовей тяжкий груз. В кабаках сорил деньгами, с Пастернаком дрался раз. Оголтело полигамный образ жизни вёл подчас. Пил он спирт, порою пиво, водкой не пренебрегал. Кончил, правда, некрасиво, на трубе связав финал. Я не пью почти что месяц. Мне нельзя поскольку пить. Алкоголь мне душу месит, мне ведь пить – себя губить. Всё проверенно стократно – чуть в проверках не усоп. С этих пор я аккуратно пьющих обхожу особ. Обхожу вдали пивнухи, рюмочных похучий рой, избегая тем разрухи мозга болью головной. Вина я свои гораздо сверху плана перепил. Винам я ответил: "Баста"! – как поэт славянофил. И гуляю по посёлку, и ни с кем не говорю. В небе месяца осколок светит по календарю. Уж стемнело. Комариный писк доносится в ушах. Я иду тропинкой длинной, как подскажет мне душа. Пить же мне нельзя нисколько – я свою цистерну уж перевыхлебал с наскока средь дождей, ветров и стуж. Что же делать? Пить нельзя мне. Можно только чай и квас. Дорогие россияне, я ж – родной, один из вас. На заводе я работал, в Красной армии служил; погулять любил в субботу и с поэзией дружил. Но прошла лихая младость, зрелость строгая пришла. Где же ты, любовей радость? Где вы, славные дела? Отшумела, отгуляла юность буйная моя и умчалась зорькой алой в чужедальние края. Что ж... Пойду я на рыбалку. Ибо поздно – по грибы. Но карасиков мне жалко среди дарвинской борьбы. Ведь карась – он невиновен, что родился здесь, в пруду, на крючок попав, суровей позже – на сковороду. Так бывает к нам жестока незавидная судьба – не поймёшь с какого бока жизнь – неравная борьба. Стало что-то мне прохладно – выше ворот подниму. Но душе внутри отрадно, и спокойно мне в уму. Тишина кругом такая, словно в космосе лечу, звёзд пространство рассекая по небесному лучу. Тучи понаплыли стадно, ходит дождик морося. Хорошо. Не буду жадным – отпущу я карася. 12 июня 2023 Виктор Левашов, Ярославль.
Вечер длится дивный, чудный – благодать и тишина. Луг в тумане изумрудный поднимается со дна. Издали течёт неспешно полноводная река через поля сон кромешный, через годы и века. Солнце вдалеке заходит, как и в прошлых сотнях лет, в удивительной погоде алый разливая свет. Напишу-ка я поэму, буду рифмами играть. На любую, скажем, тему – в телефон или в тетрадь. Напишу я, вспоминая светлой юности года. Те года, подобно раю, не вернуть мне никогда. Мне не страшен даже мнений оскорбительных поток. Вам признаюсь: я не гений, как Есенин или Блок. Просто я рифмую мысли и вплетаю их в стихи. Мои мысли реют в выси и к тому же – неплохи. Неплохие мои думы, размышления мои, что вы бродите угрюмы и не пьёте вин Аи. Блок поэт такие вина просто так не пропускал, ел на закусь осетрину, лил Аи в большой бокал. Блок ходил по ресторанам, незнакомок там встречал, заливал любовей раны и по истине скучал. И Есенин пил и плакал, и рыдал на весь Союз про несбывшиеся планы, про любовей тяжкий груз. В кабаках сорил деньгами, с Пастернаком дрался раз. Оголтело полигамный образ жизни вёл подчас. Пил он спирт, порою пиво, водкой не пренебрегал. Кончил, правда, некрасиво, на трубе связав финал. Я не пью почти что месяц. Мне нельзя поскольку пить. Алкоголь мне душу месит, мне ведь пить – себя губить. Всё проверенно стократно – чуть в проверках не усоп. С этих пор я аккуратно пьющих обхожу особ. Обхожу вдали пивнухи, рюмочных похучий рой, избегая тем разрухи мозга болью головной. Вина я свои гораздо сверху плана перепил. Винам я ответил: "Баста"! – как поэт славянофил. И гуляю по посёлку, и ни с кем не говорю. В небе месяца осколок светит по календарю. Уж стемнело. Комариный писк доносится в ушах. Я иду тропинкой длинной, как подскажет мне душа. Пить же мне нельзя нисколько – я свою цистерну уж перевыхлебал с наскока средь дождей, ветров и стуж. Что же делать? Пить нельзя мне. Можно только чай и квас. Дорогие россияне, я ж – родной, один из вас. На заводе я работал, в Красной армии служил; погулять любил в субботу и с поэзией дружил. Но прошла лихая младость, зрелость строгая пришла. Где же ты, любовей радость? Где вы, славные дела? Отшумела, отгуляла юность буйная моя и умчалась зорькой алой в чужедальние края. Что ж... Пойду я на рыбалку. Ибо поздно – по грибы. Но карасиков мне жалко среди дарвинской борьбы. Ведь карась – он невиновен, что родился здесь, в пруду, на крючок попав, суровей позже – на сковороду. Так бывает к нам жестока незавидная судьба – не поймёшь с какого бока жизнь – неравная борьба. Стало что-то мне прохладно – выше ворот подниму. Но душе внутри отрадно, и спокойно мне в уму. Тишина кругом такая, словно в космосе лечу, звёзд пространство рассекая по небесному лучу. Тучи понаплыли стадно, ходит дождик морося. Хорошо. Не буду жадным – отпущу я карася. 12 июня 2023 Виктор Левашов, Ярославль.