В Иране началась похоронная процессия по 165 погибшим детям и учителям...
В Иране началась похоронная процессия по 165 погибшим детям и учителям, по которой Трамп ударил тремя Искандерами. Пир во время чумы: как похороны иранских школьниц стали фоном для вашингтонского соцреализма Ну что, господа хорошие, пристегните ремни. История делает крутой вираж, и нас с вами несет в кювет под звуки фанфар и траурных маршей. Потому что день, когда в Иране роют братские могилы для полутора сотен девчонок, а в Нью-Йорке супруга президента США вещает о святости права на образование, — этот день мы будем вспоминать долго. И не только мы, но и учебники истории, если они еще хоть что-то значат. Для тех, кто только что выпал из реальности или, наоборот, слишком плотно в нее впитался, обрисуем канву. 28-го февраля 2026-го года. В Иране, в городе Минаб, обычная школа для девочек. Детишки, как водится, от семи до двенадцати, учителя, парты, доски, мечты о будущем. И вдруг — привет от большого геополитика - Трампа. США и Израиль проводят операцию. Доня Трамп, который явно решил, что второй срок дан ему для того, чтобы обгадить историю с самой дорогой лопатой, подтверждает: да, мы бьем по Ирану. Ракеты «Томагавк», операция «Эпическая ярость» — всё как мы любим, с голливудским размахом. Но настоящий эпик фейл случился именно в Минабе. По школе прилетает три ракеты. Не одна, не шальная, а три. Источники разноречивы: сначала говорят о пяти погибших, потом о 24, потом о 70, а потом счёт переваливает за полторы сотни. Иранское телевидение показывает кадры, от которых у нормального человека холодеет внутри: спасатели разбирают завалы, а где-то рядом экскаваторы уже роют траншеи. Это не окопы, это могилы. 165 человек, большинство из которых даже не успели узнать, что такое теорема Пифагора или зачем нужны падежи в русском языке. Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи выкладывает фото: пустырь, свежая земля, вереница ям. Подпись ледяным тоном: «Их тела разорваны на части. Это истинное лицо „спасения“, которое обещал Трамп». И вот тут начинается театр абсурда, по сравнению с которым творения Эжена Ионеско — это скучные протоколы партийных собраний. В тот самый момент, когда в Иране оплакивают детей, в Нью-Йорке открывается заседание Совета Безопасности ООН. Тема — защита прав детей в вооруженных конфликтах, образование, все такое светлое и пушистое. И ведет это заседание лично Первая леди США Мелания Трамп. Представляете картинку? Она, в идеальном костюме, с безупречным макияжем, говорит о том, как важно, чтобы дети во всем мире могли ходить в школу и не бояться бомб. О том, что Америка — за мир во всем мире и за парты для всех. А в это самое время в Минабе под эти парты, по сути, ложатся тела. Иранский постпред при ООН Амир Саид Иравани, который, видимо, залпом выпил стакан валерьянки перед выходом на трибуну, называет происходящее так, как оно есть: «чудовищным лицемерием». Он прямо говорит: «Пока вы тут рассуждаете о правах детей, наши дети лежат под обломками от ваших ракет». Но это еще цветочки. Государственный секретарь США Марко Рубио, который сидел где-то рядом (наверное, в наушниках слушал что-то повеселее), делает заявление для прессы. Он, честно глядя в глаза журналистам, произносит фразу, достойную отдельного тома в антологии политической сатиры: «Американские военные никогда сознательно не бомбят школы. Если это была наша ракета — ну, мы разберемся. Это очень трагично». Значит били бессознательно. «Если». «Разберемся». Гениально. Искандеры, видите ли, имеют привычку путешествовать самостоятельно, без навигации и приказа. Американские «Томагавки», возможно, просто сбились с пути, увидели школу и решили: «О, похоже на казармы КСИР, надо залететь на огонек». Трамп, комментируя успехи операции, в своем стиле, на платформе Truth Social, рассказывает, как он ликвидировал иранскую угрозу в лице детей. Он также подтверждает смерть верховного лидера Ирана Али Хаменеи и с гордостью рапортует: «Я достал его раньше, чем он достал меня». Речь идет о предполагаемых покушениях на его жизнь. Трамп, очевидно, чувствует себя ковбоем, который пристрелил змею, даже не заметив, что змея заползла в детскую песочницу. А из Ирана тем временем приходят новые подробности. Учителя, родители — все смешалось в этой мясорубке. Прокурор Минаба говорит о 95 раненых. Цифры плывут, но главное не в них. Главное в том, что мир в очередной раз проходит тест на человечность. И с треском его проваливает. Какие могут быть перспективы, когда на одной чаше весов — жизни детей, а на другой — животные геополитические амбиции, рейтинги и желание «договориться» на условиях ультиматума? То, что произошло в Минабе, — это не просто военное преступление (по определению ООН, сознательная атака на школу — это чистая вода военное преступление и серьезнейшее нарушение прав детей). Это символ. Символ того, что «цивилизованный мир» окончательно разделился на тех, кто бомбит, и тех, кого бомбят. И те, кто бомбит, теперь даже не утруждают себя приличной ложью. Зачем? Наймут лучших пиарщиков, которые объяснят, что на самом
В Иране началась похоронная процессия по 165 погибшим детям и учителям, по которой Трамп ударил тремя Искандерами. Пир во время чумы: как похороны иранских школьниц стали фоном для вашингтонского соцреализма Ну что, господа хорошие, пристегните ремни. История делает крутой вираж, и нас с вами несет в кювет под звуки фанфар и траурных маршей. Потому что день, когда в Иране роют братские могилы для полутора сотен девчонок, а в Нью-Йорке супруга президента США вещает о святости права на образование, — этот день мы будем вспоминать долго. И не только мы, но и учебники истории, если они еще хоть что-то значат. Для тех, кто только что выпал из реальности или, наоборот, слишком плотно в нее впитался, обрисуем канву. 28-го февраля 2026-го года. В Иране, в городе Минаб, обычная школа для девочек. Детишки, как водится, от семи до двенадцати, учителя, парты, доски, мечты о будущем. И вдруг — привет от большого геополитика - Трампа. США и Израиль проводят операцию. Доня Трамп, который явно решил, что второй срок дан ему для того, чтобы обгадить историю с самой дорогой лопатой, подтверждает: да, мы бьем по Ирану. Ракеты «Томагавк», операция «Эпическая ярость» — всё как мы любим, с голливудским размахом. Но настоящий эпик фейл случился именно в Минабе. По школе прилетает три ракеты. Не одна, не шальная, а три. Источники разноречивы: сначала говорят о пяти погибших, потом о 24, потом о 70, а потом счёт переваливает за полторы сотни. Иранское телевидение показывает кадры, от которых у нормального человека холодеет внутри: спасатели разбирают завалы, а где-то рядом экскаваторы уже роют траншеи. Это не окопы, это могилы. 165 человек, большинство из которых даже не успели узнать, что такое теорема Пифагора или зачем нужны падежи в русском языке. Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи выкладывает фото: пустырь, свежая земля, вереница ям. Подпись ледяным тоном: «Их тела разорваны на части. Это истинное лицо „спасения“, которое обещал Трамп». И вот тут начинается театр абсурда, по сравнению с которым творения Эжена Ионеско — это скучные протоколы партийных собраний. В тот самый момент, когда в Иране оплакивают детей, в Нью-Йорке открывается заседание Совета Безопасности ООН. Тема — защита прав детей в вооруженных конфликтах, образование, все такое светлое и пушистое. И ведет это заседание лично Первая леди США Мелания Трамп. Представляете картинку? Она, в идеальном костюме, с безупречным макияжем, говорит о том, как важно, чтобы дети во всем мире могли ходить в школу и не бояться бомб. О том, что Америка — за мир во всем мире и за парты для всех. А в это самое время в Минабе под эти парты, по сути, ложатся тела. Иранский постпред при ООН Амир Саид Иравани, который, видимо, залпом выпил стакан валерьянки перед выходом на трибуну, называет происходящее так, как оно есть: «чудовищным лицемерием». Он прямо говорит: «Пока вы тут рассуждаете о правах детей, наши дети лежат под обломками от ваших ракет». Но это еще цветочки. Государственный секретарь США Марко Рубио, который сидел где-то рядом (наверное, в наушниках слушал что-то повеселее), делает заявление для прессы. Он, честно глядя в глаза журналистам, произносит фразу, достойную отдельного тома в антологии политической сатиры: «Американские военные никогда сознательно не бомбят школы. Если это была наша ракета — ну, мы разберемся. Это очень трагично». Значит били бессознательно. «Если». «Разберемся». Гениально. Искандеры, видите ли, имеют привычку путешествовать самостоятельно, без навигации и приказа. Американские «Томагавки», возможно, просто сбились с пути, увидели школу и решили: «О, похоже на казармы КСИР, надо залететь на огонек». Трамп, комментируя успехи операции, в своем стиле, на платформе Truth Social, рассказывает, как он ликвидировал иранскую угрозу в лице детей. Он также подтверждает смерть верховного лидера Ирана Али Хаменеи и с гордостью рапортует: «Я достал его раньше, чем он достал меня». Речь идет о предполагаемых покушениях на его жизнь. Трамп, очевидно, чувствует себя ковбоем, который пристрелил змею, даже не заметив, что змея заползла в детскую песочницу. А из Ирана тем временем приходят новые подробности. Учителя, родители — все смешалось в этой мясорубке. Прокурор Минаба говорит о 95 раненых. Цифры плывут, но главное не в них. Главное в том, что мир в очередной раз проходит тест на человечность. И с треском его проваливает. Какие могут быть перспективы, когда на одной чаше весов — жизни детей, а на другой — животные геополитические амбиции, рейтинги и желание «договориться» на условиях ультиматума? То, что произошло в Минабе, — это не просто военное преступление (по определению ООН, сознательная атака на школу — это чистая вода военное преступление и серьезнейшее нарушение прав детей). Это символ. Символ того, что «цивилизованный мир» окончательно разделился на тех, кто бомбит, и тех, кого бомбят. И те, кто бомбит, теперь даже не утруждают себя приличной ложью. Зачем? Наймут лучших пиарщиков, которые объяснят, что на самом