Александр Фролов - 1939-й. Сарапул
Александр Фролов 1939-Й. САРАПУЛ Памяти отца Вот мастерство художественного свиста: Он «тискал рóманы» блатным в тюряге и впаривал им «Графа Монте-Кристо»; по памяти травил — не по бумаге. «Что, слушали?» — я спрашивал. — «Еще бы! Но граф не вечен, и вполне уместно Гюго вписался: Жан Вальжан, трущобы… Им это тоже было интересно. Ведь скучно, Саня. А они как дети — с утра уже: „Студент, ну как там наши?..“ Я, в общем, был у них в авторитете и шконку занимал не у параши. Подкармливали… Я ж без оформленья: без пайки то есть. То есть на отказе… Я за собой одно лишь преступленье и числю до сих пор: моих фантазий хватило бы еще на месяц где-то, такого я нагнал в словесном блуде!.. Но думаю, простит меня за это Дюма, да и Гюго ворчать не будет».
Александр Фролов 1939-Й. САРАПУЛ Памяти отца Вот мастерство художественного свиста: Он «тискал рóманы» блатным в тюряге и впаривал им «Графа Монте-Кристо»; по памяти травил — не по бумаге. «Что, слушали?» — я спрашивал. — «Еще бы! Но граф не вечен, и вполне уместно Гюго вписался: Жан Вальжан, трущобы… Им это тоже было интересно. Ведь скучно, Саня. А они как дети — с утра уже: „Студент, ну как там наши?..“ Я, в общем, был у них в авторитете и шконку занимал не у параши. Подкармливали… Я ж без оформленья: без пайки то есть. То есть на отказе… Я за собой одно лишь преступленье и числю до сих пор: моих фантазий хватило бы еще на месяц где-то, такого я нагнал в словесном блуде!.. Но думаю, простит меня за это Дюма, да и Гюго ворчать не будет».