Нина Савушкина - Ода на вознесение курицы
Нина Савушкина ОДА НА ВОЗНЕСЕНИЕ КУРИЦЫ Где нынче вольная, певчая, птичья стая? Припоминаю, словно альбом листая нас – оголтелых, жадных до впечатлений. Каждый парил, творил, говорил, что гений курице неприметной, что к нам примкнула, в серые перья кутавшейся сутуло. Мы расписали дали, куда летали, с райских деревьев склёвывая детали - ноты, стихи, огрызки духовной пищи – те, что куриный клюв на земле не сыщет. Мы соблазняли: «Курочка, воспари же к Солнцу поближе, и на гастроль в Париже!». Лишь трепетала вся, да моргала тупо, как бессловесный ингредиент для супа. Чтоб в кипятке несчастную не сварили, мы вознесли её, подхватив под крылья. Кура кричит: «Во мне проклюнулся голос, и скорлупа мироздания раскололась! Я воспарила, сделалась неземною. Я – ангел света! Птички мои – за мною!» Так и летим. Попробуй маршрут нарушь-ка! Нас на закат влечёт золотая тушка. Так и поём. Камертоном нам служит клёкот. Звук, издаваемый нами, весьма далёк от горних высот классического вокала… Надо терпеть, коль курица петь взалкала!
Нина Савушкина ОДА НА ВОЗНЕСЕНИЕ КУРИЦЫ Где нынче вольная, певчая, птичья стая? Припоминаю, словно альбом листая нас – оголтелых, жадных до впечатлений. Каждый парил, творил, говорил, что гений курице неприметной, что к нам примкнула, в серые перья кутавшейся сутуло. Мы расписали дали, куда летали, с райских деревьев склёвывая детали - ноты, стихи, огрызки духовной пищи – те, что куриный клюв на земле не сыщет. Мы соблазняли: «Курочка, воспари же к Солнцу поближе, и на гастроль в Париже!». Лишь трепетала вся, да моргала тупо, как бессловесный ингредиент для супа. Чтоб в кипятке несчастную не сварили, мы вознесли её, подхватив под крылья. Кура кричит: «Во мне проклюнулся голос, и скорлупа мироздания раскололась! Я воспарила, сделалась неземною. Я – ангел света! Птички мои – за мною!» Так и летим. Попробуй маршрут нарушь-ка! Нас на закат влечёт золотая тушка. Так и поём. Камертоном нам служит клёкот. Звук, издаваемый нами, весьма далёк от горних высот классического вокала… Надо терпеть, коль курица петь взалкала!
