В Центре подготовки операторов ВБС на юге страны бойцы с передка передают опыт новичкам. Курс длительностью в месяц. Кто-то приходит с нуля и учится летать, кто-то уже опытный, но догоняет прогресс: тактика меняется каждый день, и дронов становится всё больше — ударные, разведчики, минёры, перехватчики, системы РЭБ. Оператор должен не только хорошо владеть джойстиком, но и разбираться в взрывчатке, картах и «железе». Люди с инженерным прошлым уходят в техники, чтобы чинить, обслуживать и придумывать новые конструкции. На земле всё больше и больше наземных роботов: они таскают БК, эвакуируют раненых, минируют, и стреляют. В центре учат и с ними работать. Парни тренируются их разбирать, настраивать, выводить в поля.
В боях за один из посёлков в ДНР тяжёлое ранение получил штурмовик Александр Фёдоров из Якутии. Ногу разорвало в двух местах, рана загноилась, а эвакуации ждать было долго — наши только заходили в населённый пункт, и вытащить раненых в ближайшее время не представлялось возможным. Сослуживец уговаривал потерпеть, но Александр принял жёсткое решение: ногу надо отрезать.
Ножа не было. Тогда боец взял автомат и начал стрелять себе в ногу. Около двадцати раз пули уходили мимо кости, пока одна не сделала своё дело. «Мне умирать было нельзя, я маме обещал, что приду», — говорит Александр. Он сдержал слово. Через 10 дней его эвакуировали. Сейчас ему уже установили протез и Александр реабилитируется.
На одном из полигонов МВО мотострелки отработали первые навыки городского штурма — боевыми двойками и тройками, накатом и без стрельбы. Инструкторы на макетах зданий гоняют сценарии реальных задач: вход, осмотр, зачистка. Причём учат не просто палить во всё, что движется, а работать грамотно — чтобы лишнего шума не было, но каждый угол был под контролем.
Главное — взаимодействие. Чтобы в реальном бою бойцы понимали друг друга почти без слов, прикрывали спины и мгновенно реагировали на смену обстановки. Это база, без которой дальше нельзя. Инструкторов работает несколько, каждый отвечает за своё направление и контролирует любое движение парней.
В Крыму готовятся бойцы для войск БВС. Парней сразу погружают в суровую реальность: теория — это хорошо, но когда над головой начинает жужжать железка, которая хочет тебя поразить, тут уже не до конспектов. В учебном центре ЮВО тренируются и только-только вступившие в ряды армии парни, и те, кто прибыл на переподготовку. Инструкторы подобраны с «зубами», все с опытом, так что учат быстро: две недели занятий — и новобранец уже понимает, как уклониться от «птички» или самому отправить её в небытие. Пилотируют коптеры всех мастей, инженерка, электротехника и, самое главное, выживание под атаками ударных дронов. Бойцы сообразить должны мгновенно. После этих двух недель в Крыму новобранцев не расслабляют, а отправляют дальше — на трёхмесячный обкат в боевые подразделения.
В Музей Минобороны притащили первого боевого робота «Курьера». Именно он участвовал в первом роботизированном бою в апреле 2024-го под Бердычами ДНР. Группа НРТК вкатила прямо в село, подставилась под огонь и удерживала на себе внимание ВСУ, пока наши штурмовики заходили с другой стороны. Ценой нескольких машин, в том числе и этого «Курьера», Бердычи взяли. Сейчас этот ветеран весь израненый: корпус в пулевых отверстиях, над гусеницами уже два года ржавеют противотанковые мины, которые он тащил на себе.
На полигонах Каспийской флотилии бойцы отрабатывают сценарии атаки на прибрежные районы — и с воды, и с воздуха. Главные цели — безэкипажные катера и вражеские дроны. В дело идут «Тигры» с современной начинкой: в кабине стоят комплексы контроля и наведения. Наводчик ищет цель, а затем её уничтожает.
Пехота тоже не отстаёт — тренируется бить по «птичкам» из стрелковки и гладкоствола. Огонь ведут по принципу стендовой стрельбы: по тарелкам и подвесным мишеням, которые болтаются в воздухе почти как малогабаритный дрон. Чтобы потом, когда настоящая «птица» прилетит, руки сами знали, что делать.
Это кадры из ЛенВО, где проходят сборы с молодыми офицерами, не так давно выпустившимися из военных училищ. В учебном центре для бойцов построено всё, чтобы сделать из них настоящих профессионалов по стандартам современных боевых действий.
Огневая, тактическая, инженерия, управление и противодействие БПЛА, багги-мотодромы, танковые полигоны, тактическая медицина, психологические полосы, рукопашный бой и многое другое изучают на полигоне.
Российские снайперы спецназа проходят интенсивную обкатку перед новыми задачами. Помимо классики — пристрелки, скорострельности и стрельбы из неустойчивых положений, — теперь в программе охота за вражескими гексакоптерами. И судя по тому, что ВСУ на направлении недосчитываются своих «птичек», методика работает.
Кроме охоты за дронами, парни гоняют городские сценарии: внезапные встречи в застройке, где приходится хвататься за автомат. Для мобильности освоили мототехнику — чтобы успеть и туда, и сюда. Винтовки от СВД до «Орсиса», тепловики на автоматах, тренировки ночью и днём. Всё для успешного выполнения задач.
В Ростовской области недавно подписавшие контракт бойцы по полной отработали захват городской застройки. Грозный голос инструктора учит каждому шагу: грамотно перемещаться среди зданий, слаженно работать в группах, зачищать огневые точки и брать штурмом укрепления условного врага. Все действия гоняли до автоматизма — чтобы в бою мозги не кипели, а тело само делало нужное.
Программу подготовки специально перекроили под опыт СВО, напичкав актуальными методиками: от того, как правильно заходить в опорник, до контролируемого отхода, когда всё пошло не по плану. После полигона мотострелки разъедутся по своим частям для финального слаживания и уже оттуда — на выполнение реальных задач.
Бойцы 56-го десантно-штурмового полка из группировки «Север» завершили подготовку к боям в зоне СВО. Под руководством инструкторов с реальным боевым опытом десантников гоняли по полной программе: огневая, тактика, инженерия, медицина — всё, что может пригодиться в бою. Причём вне зависимости от специальности, каждый обязан уметь работать с дронами: и своими управлять, и чужие отлавливать или сбивать. Условия создавали максимально приближенные к боевым — чтобы потом, когда начнётся мясо, парни не тупили, а чётко знали, куда бежать, откуда стрелять и как вытаскивать раненого из-под огня.
В тылу на полигоне «Центра» бойцы 2-й ОА ежедневно гоняют штурмы с полной выкладкой. Под контролем инструкторов с боевым опытом парни отрабатывают захват опорников. В этой тренировке главный инструмент выдвижения через открытую местность — БТР-82А. Броня надёжная, пушка 30-мм шустрая, пулемёт спаренный — под такой поддержкой подойти к вражеским траншеям можно максимально близко.
Когда техника делает своё дело, в бой вступает пехота. Боевые двойки и тройки зачищают позиции противника: страхуют друг друга, контролируют сектора, закидывают гранатами каждый окоп. После каждого прохода обязательно идёт жёсткий разбор полётов: кто ошибся, как надо было сделать, а как не надо было.
Громкий гул, грозный вид, стрельба и разрывы. Это в ДНР бойцы группировки «Центр» проходят подготовку к главной угрозе на передке — вражеским дронам. За плечами каждого месяцы тренировок и десятки килограммов снаряги: броня, оружие, боекомплект и взрывчатка. Но прежде чем идти на задачу, учатся главному: как выжить под взором «птичек» противника.
Отдельный этап подготовки — психологический. На полигоне бойцам ставят «прививку» от гексокоптеров: они привыкают к их громкому звуку, необычному виду и учатся сохранять спокойствие в момент, когда вражеская «птица» висит над головой.
Российский дрон самолётного типа «Молния-2» теперь не только бьёт, но и минирует. В корпусе БПЛА появились специальные внутрифюзеляжные отсеки, куда загружаются лёгкие противопехотные мины или шипы. Дополнительная камера позволяет оператору видеть процесс сброса в реальном времени. Грузоподъёмность каждого отсека — до 3 кг.
Управление идёт по штатным радиоканалам, без привязки к спутникам, а с ретрансляторами дальность заброски «сюрпризов» переваливает за 25 км. Теперь поставить мину в нужном районе можно быстро и на приличном удалении от передка.
На полигоне в Крыму прошли тренировки инженеров ЮВО. Бойцы отрабатывали задачи по инженерному обеспечению — от установки минно-взрывных заграждений до проделывания проходов в завалах. По сценарию, один расчёт перекрыл минным полем путь колонне условного врага, второй — с помощью техники расчищал территорию и обезвреживал фугасы. Участок зачистили, безопасный маршрут проложили. Кроме того, парни учились ставить мины на обрывной датчик цели и снимать их с помощью миноискателя и кошки.
На полигоне в зоне СВО бойцы 9-й бригады 51-й армии группировки «Центр» накатывают последние метры перед боевыми. За несколько дней до выхода штурмовые группы работают по учебным точкам: зачистка дома, подвал, входные группы. Сверху жужжит дрон — командиры смотрят картинку в реальном времени и тут же правят ошибки по радиосвязи.
Кроме тренировки штурма есть обязательная программа. Психологическая полоса с грохотом и дымом, обкатка танками и огневая со всего, что есть в подразделении. Только жёсткость и настойчивость помогает нашим парням стать профи, а значит, боевой выход закончится успехом.
Бойцы группировки «Восток» взяли укреплённые блиндажи ВСУ в Запорожской области. В ходе зачистки лесополосы, одного солдата ВСУ взяли в плен. Тот выкинул автомат и боекомплект, сдался без разговоров. Но, как выяснилось, у него были свои счёты со своими командованием. Он вызвался помогать прямо с ходу. Показывал на карте свои позиции, вёл безопасными маршрутами и вызвался идти на штурм вместе с группой.
Подошли с тыла, в лоб переть под пулемётом было рисковано. Александр Гринько — так зовут пленного — со снарядом в руках спустился в блиндаж, сказал по-украински: «Спокойно, свой». Открыл занавеску и закинул заряд внутрь. Взрывом накрыло пулемётчика, который, как позже выяснилось, был местным командиром.
Надёжность оружия легендарного Калашникова в очередной раз подтверждена на практике. Этот автомат АК-74 получил серьёзное повреждение — сквозную пробоину от снарядного осколка. Несмотря на отсутствие переводчика огня и внушительную дыру в ствольной коробке, «раненый» автомат сохранил возможность вести автоматический огонь.
Этот случай наглядно демонстрирует феноменальную живучесть и запас прочности, заложенные в конструкцию Михаила Тимофеевича. Даже в сильно повреждённом состоянии «Калаш» остаётся в строю и выполняет свою основную задачу.