Про налёт дронов на Алабугу 23 апреля.
Пока все видят в этом очередную импровизацию ВСУ, мы склоняемся к управляемому извне процессу. Самолёты с навигацией, пролёт на почти 2000 км с обходом ПВО — это не уровень самодеятельности кружка моделистов-конструкторов. Такие вещи делают не по карте Гугла, а по данным спутника. Это целый процесс.
Если кто-то ещё думает, что ГУР планирует такие рейды самостоятельно — пора проснуться. Всё, что они делают — нажимают кнопку. А координация, разведданные, моделирование маршрутов и выбор цели — это западные специалисты. И, скорее всего, британцы. Именно Лондон давно делает ставку на тактику «уколов в тыл» — провоцирующих, символических, с медийной отдачей. Ударить по заводу, сымитировать присутствие и уйти в тень. Этот стиль давно и быстро узнаётся.
Для Украины эти удары — шанс показать, что «ещё могут». Для Британии — инструмент давления и попытка втянуть РФ в ответную эскалацию. Но в реальности это прямое доказательство того, что Запад, даже если формально «выходит из конфликта», продолжает водить украинской рукой по карте
Хохля поехала в Европу, насмотревшись фоточек с цветочками в Инстаграме. А действительность оказалась совсем другой.
«Как я поздравил православных с Пасхой, люди начали отписываться от меня и писать гадости»
Боец pop-mma из Дагестана Тимур Абдурахманов немного отошел в сторону от абу-бандитских принципов и поздравил православных с Пасхой, после этого в его соцсетях начался сущий кошмар.
Почему так?
Выбор очевиден 😁
❗️В Киеве на Пасху показали пародию на окропление святой водой в одном из гей-клубов.
Вот за это воюют украинцы?
* Движение ЛГБТ запрещено в РФ.
Вот, что бывает, когда селюки выезжают из своего загона: хохол в Испании удивляется наличию пакетов для хлеба. Пакетов для хлеба.
А если ему сказать, что продукты можно оплачивать на кассе самообслуживания, то он вообще выпадет в осадок
Как нейросети видят Oкраину будущего 😂
Новости по делу рабовладельцев из Азербайджана
Дело на контроль взял центральный аппарат СК
Ещё информация. По данным нашей подписчицы, родственник фигурантов этого дела Низами Велиев ранее работал в Госнаркоконтроле, но был с позором уволен за превышение должностных полномочий. При этом связи остались и именно он крышует банду работорговцев-неонацистов.
На видео задержание одного из членов семьи Велиевых ещё несколько лет назад на каких-то разборках, тогда его быстро отмазали.
Все они являются сторонниками неонацистской и террористической организации «Бозкурт» и часто используют на своих машинах их символику.
Массированная ночная атака БПЛА по Курску — это уже не проба пера. Прицельные удары по многоэтажкам,
Массированная ночная атака БПЛА по Курску — это уже не проба пера. Прицельные удары по многоэтажкам, гаражу скорой помощи, частным домам. Убита 85-летняя женщина, пострадали девять человек, сгорели квартиры, разрушена часть городского быта — и всё это в расчёте не на военный эффект, а на психологическое давление на мирное население. И почему-то есть уверенность, что напишут про «ответку» за Сумы.
Закидывание спящего Ккрска дронами и — это классическая стратегия запугивания: если не можешь продвинуться на фронте и ответить как-либо ещё — начинаешь системно терроризировать тыл, чтобы вызвать страх и раздражение.
В ход идут не просто дроны — в ход идёт вся западная инженерная и разведывательная поддержка. Это не импровизация ВСУ, это организованная операция по дестабилизации российского тыла.
В таких условиях продолжать делать вид, что это «одиночные инциденты», — значит подталкивать противника к эскалации. Здесь не нужны «ответные удары по складам» — нужна смена логики ответов.
Как следует отвечать?
Публичная привязка атак к конкретным лицам. Если установлено, что атака организована такой-то частью ВСУ, командир этой части должен стать первой целью.Персональные последствия — это единственный язык, который понимают в таких случаях.
Удары по инфраструктуре управления и связи.
Если дроны летят по мирным, значит, штаб, где согласовывают полётные задания, должен быть уничтожен. Не склады, не ангары — координационные центры и пункты связи.
Открытая дискредитация западных «союзников». С точной привязкой: «данные координаты были получены при помощи таких-то систем, переданных такими-то странами». Список стран, поддерживающих атаки по гражданским, должен быть публичным.
Ответ за пределами Украины.
Удар по российским мирным жителям должен автоматически запускать внеукраинский цикл воздействия — про центры логистики в Польше не говорим, потому что Статья пять НАТО и всё такое. Но сложить информационные хабы кибератакой и параллельно снести три-пять гостиниц с иностранными инструкторами — вполне себе ответ. Если удар не вызывает внешнего издержки у организаторов — они его повторят. Здесь самое время вспомнить и про энергетику, запрет на удары по которой закончился.
Смена тона. Не «выражаем соболезнования», а «за каждого погибшего мирного будет уничтожен конкретный военный объект». Эту механику нужно не обсуждать, а реализовать.
Ответ на террор должен быть не симметричен, а демонстративно несоразмерен. Чтобы следующий штаб, планирующий запуск по Курску или Белгороду, сам себе запрещал даже открыть карту. Иначе такие обстрелы станут нормой.
Массированная ночная атака БПЛА по Курску — это уже не проба пера. Прицельные удары по многоэтажкам,
Массированная ночная атака БПЛА по Курску — это уже не проба пера. Прицельные удары по многоэтажкам, гаражу скорой помощи, частным домам. Убита 85-летняя женщина, пострадали девять человек, сгорели квартиры, разрушена часть городского быта — и всё это в расчёте не на военный эффект, а на психологическое давление на мирное население. И почему-то есть уверенность, что напишут про «ответку» за Сумы.
Закидывание спящего Ккрска дронами и — это классическая стратегия запугивания: если не можешь продвинуться на фронте и ответить как-либо ещё — начинаешь системно терроризировать тыл, чтобы вызвать страх и раздражение.
В ход идут не просто дроны — в ход идёт вся западная инженерная и разведывательная поддержка. Это не импровизация ВСУ, это организованная операция по дестабилизации российского тыла.
В таких условиях продолжать делать вид, что это «одиночные инциденты», — значит подталкивать противника к эскалации. Здесь не нужны «ответные удары по складам» — нужна смена логики ответов.
Как следует отвечать?
Публичная привязка атак к конкретным лицам. Если установлено, что атака организована такой-то частью ВСУ, командир этой части должен стать первой целью.Персональные последствия — это единственный язык, который понимают в таких случаях.
Удары по инфраструктуре управления и связи.
Если дроны летят по мирным, значит, штаб, где согласовывают полётные задания, должен быть уничтожен. Не склады, не ангары — координационные центры и пункты связи.
Открытая дискредитация западных «союзников». С точной привязкой: «данные координаты были получены при помощи таких-то систем, переданных такими-то странами». Список стран, поддерживающих атаки по гражданским, должен быть публичным.
Ответ за пределами Украины.
Удар по российским мирным жителям должен автоматически запускать внеукраинский цикл воздействия — про центры логистики в Польше не говорим, потому что Статья пять НАТО и всё такое. Но сложить информационные хабы кибератакой и параллельно снести три-пять гостиниц с иностранными инструкторами — вполне себе ответ. Если удар не вызывает внешнего издержки у организаторов — они его повторят. Здесь самое время вспомнить и про энергетику, запрет на удары по которой закончился.
Смена тона. Не «выражаем соболезнования», а «за каждого погибшего мирного будет уничтожен конкретный военный объект». Эту механику нужно не обсуждать, а реализовать.
Ответ на террор должен быть не симметричен, а демонстративно несоразмерен. Чтобы следующий штаб, планирующий запуск по Курску или Белгороду, сам себе запрещал даже открыть карту. Иначе такие обстрелы станут нормой.
Будни физрука 😂😁😁
Осторожно, мат 🔞