Япония. Вторая молодость
Этой ночью старику приснился сон. Как будто он не седой Минору с узловатыми пальцами и морщинистыми щеками цвета ореха, а молодой парень с иссиня-чёрными волосами и задорным блеском в раскосых глазах. «Эх, пятьдесят лет бы долой с плеч», - проснувшись, подумал Минору и потянулся, с хрустом разминая старые косточки. В этот момент из-за стены раздался скрипучий голос: «Вставай, старче, солнце высоко, так можно и день проспать!» То была его жёнушка Каори, которая несмотря на то, что уже лет пять как ходила согнувшись, ловко вытащила из-под него фтон.Фтон – традиционный японский матрас, наполненный шерстью и шёлком. Вечером его кладут прямо на пол, а утром убирают. Когда-то такие матрацы могли себе позволить только состоятельные люди. Сейчас футон популярен и за пределами Японии.
Этой ночью старику приснился сон. Как будто он не седой Минору с узловатыми пальцами и морщинистыми щеками цвета ореха, а молодой парень с иссиня-чёрными волосами и задорным блеском в раскосых глазах. «Эх, пятьдесят лет бы долой с плеч», - проснувшись, подумал Минору и потянулся, с хрустом разминая старые косточки. В этот момент из-за стены раздался скрипучий голос: «Вставай, старче, солнце высоко, так можно и день проспать!» То была его жёнушка Каори, которая несмотря на то, что уже лет пять как ходила согнувшись, ловко вытащила из-под него фтон.Фтон – традиционный японский матрас, наполненный шерстью и шёлком. Вечером его кладут прямо на пол, а утром убирают. Когда-то такие матрацы могли себе позволить только состоятельные люди. Сейчас футон популярен и за пределами Японии.